ВелоЯрск.ru Главная Новости Отчеты Жесть Фотогалерея Форум
ВелоЯрск.ru
Навигация
Главная
Новости
Отчеты
Трэки
Полезно знать
Сделано своими руками
Походы выходного дня
Жесть
Поиск
Фотогалерея
Форум
Контакты
Что нового
09.04.2017
Первомайская ТрансХакасия с 29 апреля по 9 мая
После определенных размышлений, колебаний и консультаций с друзьями и соратниками возникла идея в этом году провести РЫБАЦКИЙ велотур))
Читать

12.08.2016
ПВД - Учум-Шира август 2016
В ближайшие выходные планируется поход выходного дня от озера Учум до озера Шира.
Читать

27.02.2016
Первомайский велопробег по Хакасии 2016
Даты проведения: 30 апреля - 9 мая 2016г.
Читать

30.04.2015
Первомайская ТрансХакасия-2015
Традиционный велопоход на майские праздники.
Читать

СМОТРЕТЬ ВСЕ НОВОСТИ
Авторам
ПРИГЛАШАЕМ
К СОТРУДНИЧЕСТВУ
авторов, пишущих статьи на темы велотуризма, снаряжения и ремонта велосипедов.
Подробнее...
Ссылки по теме
Велосипедный форум г.Красноярска
Темы форума
Новые темы
Велотуры, велопоходы...
Велопоход "На Телецк...
Велопоход "На Телецк...
Велопоход "Победный!...
Нужен ли форум?
Обсуждаемые темы
Нужен ли форум? [13]
Велотуры, велопох... [6]
Велопоход "Победн... [2]
Велопоход "На Тел... [0]
Велопоход "На Тел... [0]
Голосование
Велосипед сломался

Ремонтирую сам

Везу в ремонт

Когда как

Покупаю новый

У меня его нет

Партнеры
Мэрдэс мебель официальный сайт
Сейчас на сайте
Гостей: 1
На сайте нет зарегистрированных пользователей

Пользователей: 4,033
Посетитель: ojiwu
Уникальных: 1 456 586
Рекомендуем
Однодневные покатушки
Читать
Многодневные поездки
Читать
Крутые случаи из жизни
Читать
Логин  Пароль  Регистрация Забыли пароль?
Транс-Хакасия, осень 2010


Эпиграф.
На самой вершине золотой горы с семьюдесятью перевалами
Растущие деревья - чистое золото,
Растущие травы - чистый шелк, такая земля, оказывается.
Шорский эпос.

Участники похода:

Олег aka Shell Андрей aka Rock&Roll
Олег aka Shell, организатор похода, автор туристского велопробега "Транс-Хакасия", GT Avalanche Андрей aka Rock&Roll, GT Avalanche

4 сентября
Я уже не единожды бывал на станции Туманный, в этом году весной с этого места взял старт первый байкерский фестиваль, участником которого мне посчастливилось быть. Разъезд Туманный находится в южных отрогах Батеневского кряжа, протянувшегося от берегов Енисея до Кузнецкого Алатау. Недалеко, в долине речки Бюри находится озеро Большое Дикое. Горы со всех сторон окружают речную и озерную долины, сюда редко заглядывает ветер, из-за обилия влаги от реки и озера здесь часты туманы. Видимо это и дало название разъезду.

"Туманы - это дыхание земли", говорили предки хакасов. Здесь лечит и воздух, характеризующийся высоким содержанием отрицательных аэроионов, которые оказывают лечебное действие при многих заболеваниях органов дыхания, сердечно-сосудистой системы, нервных расстройствах, и вода. В 1949 году геологи обнаружили в окрестностях озера Дикое радон 222 со средней концентрацией 154 нКи/л. В этой местности очень много природного радона, а это очень редкий радиоактивный элемент.

Радон в избытке находится в воде. По мнению специалистов радоновые воды месторождения Туманный аналогичны водам курортов Пятигорска и водам озера Увильды на Южном Урале.

Я слышал разные истории, что якобы кого-то исцеляют местные радоновые ванны, а кому-то лучше туда не соваться, читал, что радон способствует процессам, приводящим к раку лёгких. Как бы там ни было радоновые воды и сульфидные грязи являются визитной карточной санатория «Туманный». Санаторий, открытый в конце 1999 года выглядит весьма впечатляюще. Когда в мае я бегал туда за пивом, у меня сложилась ассоциация с пятизвездочным отелем.

Итак вместе с гражданами страждущими природного радона, мы выгрузились не ранним утром на вышеупомянутой станции. Разъезд нас встретил характерной сентябрьской погодой - низкие тучи, температура градусов 10-15 выше нуля. Ехать по асфальту Олегу скучно, и где-то в глубине души я разделяю эту фобию, по этому мы очень скоро мы свернули в поля. Такой нехитрый маневр удивительно быстро привел нас в Ербинскую. Продукты Олег закупил на 10 дней вперед, так что в Ербинской мы приобрели только хлеб, в твердом и жидком его исполнении. За Ербинской следовало плановое посещение старого известкового карьера.

Неискушенный читатель может оказаться в недоумении, и заподозрить у нас различные психические расстройства - что может быть интересного на полвека забытом карьере.
Однако, доложу я вам, что данное сооружение, являло собой интересный памятник, думаю, советских времен, а так же любознательному человеку откроет интересные минералы на отвалах и прочие вкусности в отвалах пород. Я с Олегом знаком 3 года, и все это время я поражаюсь его способности находить интересные вещи буквально под ногами.

Через час осмотра карьера, Олег принес пару килограммов камней несших на себе характерную структуру, похожую на ту что можно наблюдать в глубоких пещерах, кальциты, отдаленно напоминающие всем известные кораллы.
Много времени мы не могли посвятить этому интересному месту, мы спешили вперед. Отъехав немного от карьера, мы остановились на обед.
Нас окружал тихий осенний лес, шелестящий пожухлыми листьями. Уплетая сало с черным хлебом мы разговаривали о всяком. Впереди нас ждал затяжной подъем, который не спеша и неизбежно уводил нас от Ербинской на восток, в сторону Биджы. Действующий карьер «Подкамешек» встретил нас большими закрытыми воротами и собачим лаем. Рядом с воротами на дереве висел лошадиный череп. Поглазев на технику за забором и поснимав череп, мы поехали дальше. По правую сторону дороги часто можно было наблюдать огромные пни, а иногда поистине исполинские по толщине деревья. Такие деревья я видел только в окрестностях озера Дикого. А что тут удивляться, от озера Дикого до Ербинской тут рукой подать. Стволы и пни были от полутора метров в диаметре, и больше. Нигде я не видел таких здоровенных деревьев, что на мой взгляд странно в лесу, находящемуся на границе со степными районами Хакасии. Интересно, сколько может быть лет дереву диаметром два метра? Хоть и день был благоприятным в плане погоды, ехать в такое время все таки не очень комфортно - когда едешь в гору становится жарко, а когда спускаешься - начинаешь застывать от встречного потока холодного воздуха.

Время в походе летит незаметно, это я давно уже заметил. Только что было утро, и вот уже – обед. А после обеда день прокручивается к вечеру на раз-два-три. Очень кстати на обочине встретился передвижной стан дорожных рабочих. Сторож разрешил нам набрать воды, после чего можно было смело вставать а ночлег. Что мы и сделали, миновав гору Колбалык, не дожидаясь пока дорога нас вынесет в салбыкскую степь. Свернув с асфальта влево мы слегка поднялись в гору и поставили палатку.
За день проехали 50км.

5 сентября
Встали в 9:30. Погода приняла решение начать нас радовать.
Забегая вперед, скажу, что за все дни похода не было ни капли дождя(!), температура доходила до 28-30 градусов днем и 10-15, естественно в плюсе, ночью. В этот же день уже утром было около 18 тепла, небо было удивительно ясное, трава сухая, никакой тебе росы, полный штиль.
Неспешно собрались и выехали на асфальт, но только лишь для того чтобы проехать всего с пол километра. Слева, высоко в склоне горы чернел вход в нашу первую пещеру.
Оставив велосипеды у дорожного знака, мы стали карабкаться по крутому склону к пещере. Пещерка небольшая, 30-40 кв. метров.
Олег отметил, что вполне возможно в стародавние времена она использовалась нашими предками в качестве жилища. В этом плане расположение у нее весьма удачное. До родника 5мин ходьбы, рядом степь для выпаса и лес.

Показав горе Амога и логу Мохов спины, мы съехали с асфальта, рядом с двумя озерцами, наполненными родниками. На водоеме были замечены длинноногие птицы, то ли цапли, то ли аисты, которые мало стеснялись человека с удочкой обосновавшегося недалеко. Из озерка вытекает ручей Кутень-Булук, при форсировании которого появилось первое желание искупаться.
Дальнейший наш путь пролегал по степи, в основном без дороги, вдоль хребта с главенствующей вершиной Сагар-Таг.

Основными задачами было выйти на ферму, на которой мы были весной, и не попасться под возможные санкции за вторжение на территорию заповедника "Камызякская степь".
В Камызякской степи
В Камызякской степи

Пока ехали, в который раз восхищались хакасской степью. Забавно, издали она кажется очень ровной и однородной, но по ходу движения мы то опускались в ложбинки, то поднимались на небольшие холмики, как на волнах. Часам к 6 вечера, без происшествий мы подъехали к искомой ферме. Когда-то, недалеко от этого места был аал Чазы-Койза (аал – деревня, село; шорский). Сегодня там кошары, а место, где было кладбище ничем не отличается от остальной степи – пройдешь не заметишь. И такие метаморфозы возникают за какие-то десятилетия, чего уж там говорить про сотни и тысячи лет.

Оставив вещи и транспорт у пастухов, мы отправились на поиски пещер. Мы поднялись по логу между горами Ах-Сагар-Хая и Сагар-Хая.
Это был замечательный финал дня. Только представьте, не по-осеннему теплый вечер, полный штиль. Заходящее солнце вытянуло длинные тени гор в сторону салбыкской степи. Вдали видна голубая полоска Улуг-Коля, на старых картах оно имеет название Улух-Коль. Рядом озеро Потага, раньше называвшееся Чазы-Коль, что означало, видимо, «Степное Озеро». К названиям на картах я чуть позже еще вернусь. А пока, я вдыхая степной воздух наслаждался видом.
Ах-Таг и Хорым
Ах-Таг и Хорым

Я просто не знаю как передать ощущения, когда ты при всем этом стоишь на вершине горы и мозг просто не в силах осмыслить всю эту прорву пространства которое тебе открывается до самого горизонта.

Этот год дважды подарил мне счастье находиться на хребте Сагархая. Нужно обязательно туда вернуться. Тем более что мы не нашли основных пещер. Нам попалось лишь 2-3 маленьких пещерки в которые можно было залезть и несколько гротов.

хр. Сагырхая. Перед закатом.
хр. Сагырхая. Перед закатом.

С сожалением мы свернули экскурсию, время близилось к 20 часам, а нам еще надо было вернуться на ферму и ехать искать место стоянки. Впрочем, искать, это громко сказано. Обычно мы просто останавливались и ставили палатку. Должен сказать, что пастух -наемный рабочий гостеприимно предложил выпить чаю и предложил нехитрые угощения в виде хлеба, масла и конфет. Спасибо ему за это. Пока пили чай, разговаривали о том, о сем слушали историю его жизни.

За поездку мы встретили несколько интересных людей и, слушая их рассказы, я тихо поражался - ведь о любом из них хоть кино снимай или книгу пиши, настолько интересные и, часто, нелегкие судьбы. Наполнив все емкости водой в роднике, вытекающем практически из подножия Ах-Сагар-Хая, решили, что до темноты еще сможем осилить десяток километров. Или как минимум подняться как можно выше в перевал, чтобы назавтра с утра было легче ехать. Перевал небольшой, но километра два пришлось протащить велосипеды на себе, причем стоять на подъеме было сложно - тормоза не держали, колеса просто скользили и велосипед тянуло вниз по грунтовому покрытию. Наконец мы поднялись в самую высокую точку и тут же поставили палатку.

Ночевка на хр. Сагархая
Ночевка на хр. Сагархая

На седловине ветер был не большой, но затрудняющий готовку пищи на газовой горелке, поэтому кашу варили прямо в палатке. Когда мы открыли входы палатки чтоб проветрить помещение, я просто онемел от восторга. Думаю, Олег испытывал подобные чувства. А офигеть было от чего. Безоблачное небо было сплошь усеяно звездами. Новолуние позволило нам увидеть, как от горизонта до горизонта растянулся Млечный Путь. Изредка мелькали метеоры, но совсем мало. Мне казалось что осенью их должно быть больше благодаря леонидам. Время от времени небосвод переползали спутники. Иногда они вдруг ни с того ни с сего исчезали, и я не сразу допер, что это они просто попадали в тень Земли. Я простоял за задранной к небу головой наверно минут пятьдесят...
За день проехали 25км.

6 сентября
В этот день встали в 8:30. Обычно в походе я стараюсь писать небольшой дневничок, куда тезисно записываю информацию о событиях. Событий в велопоходе происходит очень много, дни ими просто переполнены, и такие записи помогают потом вспомнить свои мысли и восстановить ход явлений. В этот день, как и во все остальные, в дневнике у меня написано:"Сухо. Ясно. Солнечно".
Чтобы облегчить сборы в велопоход я завел на компьютере текстовый файлик, куда раз и навсегда занес список вещей, которые нужно брать с собой.

В этот раз я из списка решил не брать крем от загара и дезодорант для гнуса, посчитал их использование в сентябре маловероятным. И то и другое я не взял очень зря, это факт Через несколько дней у меня сгорело лицо, особенно нос, а гнус вечерами вынуждал нас ужинать в палатке. Если загоревшее, пусть и черезмерно, лицо позволяло мне потом хвастаться осенней Хакасией, то войну с мошкой мы бесславно проиграли.

Двинулись на север, вдоль гор Ах-Сагар-Хая, Ах-Гаг и Хорым.
Первая половина дня была посвящена продолжению поиска пещер. Облазили много склонов, налюбовались на окрестности. И хоть ничего стоящего не нашли, все равно удовольствие получили.

Вид с горы Хорым
Вид с горы Хорым

Единственно, Олег показал мне небольшую пещерку, а скорее грот, с отверстием в потолке у подножия горы Тогор-Таг, она даже отмечена на карте. Дальше логом, то ли Большой, то ли Малый Тинской скатились в Усть-Бюрь. Спуск был зачетный, но покрытая песком дорога, вызвала периодически выделение адреналина. Хоть и вода в Уйбате была холодная, это мне не помешало искупаться. В такой жаркий день полученной свежести хватило минут на сорок.

Остаток дня мы поднимались долиной реки Тибек, в ее верховья. Степь постепенно уступила место березово-листвяжному лесу. Теплый, чуть не написал "летний" вечер был в самом разгаре, когда мы поставили палатку. Озверевшая мошка, при полном безветрии, не дала нам насладиться закатом за чашкой чая, даже вблизи разведенного костра.
В очередной раз вспомнив про средство от комаров, оставленное дома, пришлось залезть в палатку.
За день проехали 41км.


7 сентября
Утром, прогуливаясь в окрестностях в поисках укромного места для различных утренних дел, я увидел сильно заросшие остатки старой дороги. Впоследствии я пару раз пожалел, что сказал о ней Олегу. Олег глянув на карту сразу заинтересовался ею. Во первых она шла в направлении, приблизительно нам нужному, и даже можно было значительно срезать километраж, во вторых катить по накатанной грунтовке менее интересно, чем по малознакомой тропинке, которая могла подарить незапланированные приключения в походе. И мы поехали навстречу этим приключениям. Точнее пошли, так как сразу же начался серьезный подъем. Я не знаю, сколько по этой дороге не ездили, но на ней уже успели вырасти двухметровые деревца. В какой-то момент даже пришлось остановиться, чтобы сходить на разведку, а куда собственно идет это дорога. Олега не было минут тридцать, пока он не пришел и радостно сообщил, дорога правильная.

На вершине горы, Олег показал мне на оплывшую канаву. Можно было бы подумать что это овраг, но его постоянная ширина и ровность направления, при длине метров в пятьсот, говорили о ее искусственном происхождении. Да и откуда на вершине взяться оврагу. Олег сказал, что это старый шурф, вырытый золотоискателями. Шурф был действительно старый - местами на его склонах росли березы 10-15 сантиметров в диаметре. После того как мы прошарили окрестности, совсем рядом мы нашли еще несколько свежих шурфов, думаю даже вырытых в этом году. Доложу я вам, мотивация у того, кто это делал была на высоком уровне. Удовольствие-то небольшое вручную прокопать многометровые окопы глубиной полтора-два метра среди довольно плотного леса, в каменистом грунте, скрепленном еще и корнями деревьев.

Уделив изучению шурфов около часа, мы поехали по нашей дороге, которая местами была вполне сносной, благо в основном под гору. Небо слегка затянуло легкими облаками, появился небольшой ветер. Я еще тогда забеспокоился, что настал конец теплу и загостившемуся у нас лету. Но пока, по ощущениям, было градусов 25-27. Дорога все стремительнее теряла высоту. Мы уже проехали достаточно, чтобы понять, что ну никак не выедем туда, куда планировали. В степи было бы все проще – можно ехать куда хочешь. Тут же нам ничего не оставалось, как время от времени сверяясь с картой, позволять дороге вести нас.

Очень скоро мы скатились опять долину реки Тибек, оставив справа хребет Ортаросораг, отделяющий нас от долины Бейки.
И только ветер...
И только ветер...

Форсировать горы, конечно, не было смысла, по этому мы откатившись почти до самой Усть-Бюри, перешли по маленькому мостику Уйбат( искупались в нем, естественно) и выехали на асфальт.

Асфальт не долго радовался нашему присутствию - вскоре мы свернули на запад, в падь Карасук. Почти девятикилометровый апхил поднял нас более чем на 500 метров. Как сейчас помню, по жаре, этот бросок до горы Ходер был весьма нудным. Пришлось даже его прерывать обедом. Не потому, что подъем был тяжел, а просто время пришло - кроме должности ответственного за пиво, я еще должен был напоминать Олегу про наступление обеденного времени, потому что к приему пищи Олег относится по спартански, а это не в моем стиле.

Поднявшись на седловину, мы повернули на юг и вскоре остановились у родника. Честно говоря, в моих глазах родники это удивительное явление. Понимаю, когда они рождаются где-то в низине, правда, в этом случае их совсем не видно, не видного их самого рождения, потому как такие места либо заболочены, либо заросли травой. Но вот когда ты видишь, где-то на горе, просто вытекающий ручеек, из маленькой трещинки, который через пару сотен метров становится вполне уверенным ручьем, это похоже на чудо.

Брод через Бейку
Брод через Бейку

Обогнув Кизек-Таг мы наконец-то попали в долину реки Бейка. Очередной зигзаг на восток и вскоре мы уперлись в широкий брод. По такой погоде было в кайф разувшись пройти по холодной воде реки. Терпеть удовольствие удавалось только с десяток метров, потом ноги начинало ломить от холода. Благо осенью реки уже растеряли свою мощь и глубину. После брода открывалось большая долина сплошь покрытая могильниками.

Э.Б. Вадецкая в своей книге «Сказы о древних курганах» подобные места описывает так: "Степь рябит многоцветьем. Желтоватые силуэты сопок сливаются с темно-коричневыми пашнями, зелеными посевами и черными полосами дорог....Как бы дополняя этот ландшафт, то там, то здесь застыли волнами курганы, огороженные каменными глыбами. изредка они возвышаются одинокими насыпями, чаще располагаются скученно, образуя обширные древние кладбища..."

Среди могильников, практически по все долине рассеялось стадо коров. Мы подъехали к пастуху, чтобы узнать место, где можно набрать питьевой воды. Не буду тут описывать диалог с пастухом - молодым парнем, но Олег еще пару дней вспоминал его, как яркий образчик "языка" - местного, от которого обычно хотят получить какую-то информацию. И вроде разговаривал Олег с ним на одном языке, и вроде все было понятно, однако воды мы так и не нашли. Вспоминая мать пастуха облазили заросли по берегу реки, пришли к выводу, что некоторые понятия, такие как "родник", "вода для питья", местные все таки понимают по своему.

Вечер наступил, как обычно, быстро и незаметно. Воду, конечно, набрали в итоге, но в таком месте, которое было на самой грани моего мирапредставления о питьевых источниках. Поздно вечером мимо нас проехал тяжелый грузовик, типа Краза или Урала. Видимо мужички с дискотэки ехали или из сельпо.
За день проехали 37км.


8 сентября.
Проснулись в 8 утра. Ночью было прохладно, да и с утра было всего градусов 10, из-за чего мы вылезли из палатки только к 9.
Небо было ясное, штиль, так что несмотря на прохладу нас ожидал очередной теплый денек. Дорога, шедшая вдоль Бейки, через два-три километра привела нас к стоянке геологов, где нас встретили два серьезно настроенных волкодава и одна дружелюбная псина.

Взгляд серьезных говорил, «Сейчас порвем!». Дружелюбная же начинала махать хвостом когда я на нее наводил фотоаппарат. Я не разу раньше не видел стоянок геологов, но это место выглядело в точности, как я себе представлял стоянку геологов. Передвижные вагончики, армейская большая палатка, остатки то ли теплицы то ли другой палатки, чурки и колотые дрова (кстати один из псов обмочил при нас эти дрова, как бы говоря, «…смотрите, что я со своими дровами делаю, а уж вас и подавно...»). Тут же висел кусок рельсы и хрень для извлекания из нее звуков; ну и куча прочих вещей, глядя на которые мы понимали - геологи.

После продолжительных стуков в дверь, из вагончика вышла полная женщина, скорее всего повариха. Олег позировал с ней, пока я фотографировал, задавал ей вопросы, на которые якобы не знал ответа.

Впрочем, интересного и нового она нам тоже поведала достаточно. Мне все это было внове, потому что сидя в городе я как-то и не думал, что народец то, не спит. Копают потихоньку. Хотя почему потихоньку. Крупный бизнесмен с какой-то грузинской фамилией, которого вероятно лет через 100 будут называть купцом-золотопромышленником, вроде Иваницкого, о котором я писал в "Саралинском анабасисе-2", владеет сегодня несколькими месторождениями и позволяет себе вести изыскательскую деятельность на периметре, привлекая ресурсы специализированной минусинской конторы, забыл как она называется. Женщина рассказала о нелегкой геологовщикской жизни. Как я понял, конкретно работами занимаются люди двух, скажем так, типов. У кого низкий левел, те копают то и там, где показывают те, кто собственно и есть геологи, в профессиональном смысле. Потом добытое добро везут в Минусинск, в лабораторию, потому что только там можно определить является ли порода золотонесущей, это ведь только в кино бывает, что копнут лопатой, а из ямки самородок светится. Понятно, что среди чернорабочих кадров текучка присутствует, так как условия не смотря на предмет, не романтические, да и выпить хочется. Все это мы узнали, попивая вкуснейший прохладный квас, которым нас угостили. Набрали в роднике воды и распрощались со словоохотливой хозяйкой вагончика. После брода ехали все также вдоль Бейки навстречу ее течения.

Ехали по левому берегу недолго, живописный бревенчатый мостик перевел нас опять на правый. Дорога уходила перпендикулярно реке на юго-запад. Искупались в Бейке, что довольно непросто делать в реке глубиной тридцать сантиметров, и ушли в затяжной подъем на Темир.

Дорога для подъема сложная, изрезанная ручьями и канавами до полуметра глубиной. Было видно, что по ней ездят редко, но на серьезной технике. На вершине был участок в несколько сот метров, ровный как аллея в парке, стиснутый ровным строем деревьев по бокам. На спуске же дорога вроде бы была ровная, но усыпанная таким крупным гравием, что ехать по ней было практически невозможно. Несколько раз останавливались свериться с картой и, наконец, вот она, одна из, как говорит Олег, фишек похода. Штольня Темир.
Вход в заброшенную штольнюТимир
Вход в заброшенную штольнюТимир

Нет мы конечно не увидели ее сразу, собственно как и признаков крупного поселка Темир, посреди которого мы стояли. Характерный отвал в стороне от дороги выдал присутствие штольни. Чтобы пройти к ней надо было перейти небольшой ложок с высокой травой. В траве у дороги стояло два одиноких полусгнивших столба, остатки то ли забора, то ли ворот. Один столбов подарил мне на память кованый десятисантиметровый гвоздь. Прислонили велосипеды к столбам - единственному, что осталось от архитектуры, мы пошли к штольне. Ради этой экскурсии Олег вез с собой специальную одежду, спецобувь и серьезный фонарь. Но все это не пригодилось. В штольню мы проникли только на глубину метров пять. Дальнейшее продвижение было невозможным из-за сплошной ледяной пробки. А может оно и к лучшему, ведь спуск в заброшенные штольни не безопасен.

Ледянная пробка в штольне Тимир
Ледянная пробка в штольне Тимир

В 1967 году экспедиция Хакасского научно-исследовательского института языка, литературы и истории обследовала древние медные рудники Хакасии, в том числе и рудник Темир. Говорят, что добытые руды выплавлялись в непосредственной близости от рудника. Экспедицией тогда были обнаружены семь(!) медеплавильных печей. Несмотря на то, что печи были в плохой сохранности, по ним вполне можно судить о технике медеплавильного дела в то время. В медеплавильнях были найдены обломки глиняной посуды тагарского времени, фрагменты глиняных литейных форм, воздуходувных сопел, толстостенных глиняных тиглей, куски азурита, а так же кости животных - овец и лошадей.

Шлаковые отвалы были сильно задернованы и почти незаметны на поверхности уже в то время, а про сегодняшний день говорить, и не приходится. Также экспедицией были найдены каменный пест для дробления руды, обломки каменных молотов, медные сплески, обломок бронзового ножа, обломки глиняных воздуходувных сопел, много фрагментов стенок и венчиков баночных глиняных сосудов с желобчатым орнаментом. Все они датируются ранним этапом тагарского времени (VII-VI вв. до н.э.).

Про названия. Я немного поражаюсь насколько вольно курсируют с карты на карту названия озер, гор и поселков. Взять тот же Темир. На одних картах пишут «Темир», на других – «Тимир». Вариантов написания Аххола, к которому мы поехали дальше я видел с пяток. И Ах-хол, и Ахкол. Кстати Темир, видимо получил название от древнего кыргызского слова, означавшего «сталь», «железо».

Полазили, походили окрест, с этим и поехали дальше. Спуск быстро привел нас к дороге, которая идет вдоль Нини. Это был один из самых живописных участков похода. Отличное покрытие, затяжной спуск. По обе стороны дороги стояли деревья, защищавшие нас от испепеляющего сентябрьского солнца. Справа, то приближаясь, то удаляясь несла свои воды Ниня. Слева среди леса высились очень красивые каменные обрывистые скалы, местами ниспадавшие крупным курумником почти до самой дороги.
В одном из мест, где Ниня неосмотрительно близко приблизилась к дороге, мы искупались и пообедали.

И понеслись дальше через Майский на Аххол. Майский расположен в очень красивой длине, дома утопают в таежных зарослях, на фоне горного массива. До сих пор жалею что поленился останавливаться и не сфотографировал это место. Аххол неприятно порадовал отсутствием пива в магазине, впрочем, спасибо что он хоть был магазин. Из Аххола поехали на юг дорогой, знакомой нам по Транс-Хакасии 2009 года.

Встали в 19:20 в низине недалеко от реки Немир. Перед этим безуспешно поискали старую штольню по левому берегу реки. Место стоянки мне понравилось и запомнилось благодаря зарослям черемухи, от которой я балдею с детства, изрядную долю которого я провел на черемуховых деревьях деревни Малая Сосновка Назаровского района.
Я объедался черемухой весь вечер, следующее утро и ночью, при свете налобного фонаря.
За день проехали 44км.


9 сентября
В этот день встали рано, в 8. Утро было теплым, но появился умеренный ветер, пригнавший облака. Не доезжая до Усть-Богородского, переправились через Немир. В наших планах на сегодня было поискать старую штольню, обозначенную на карте. Несмотря на то, что Усть-Богородский уже не существует, судя по современным картам, доносившиеся оттуда звуки техники, и проглядывавшие сквозь лес строения говорили, что жизнь не покинула эти места. Напоминаю, что мы были в районе, ранее активно эксплуатировавшемуся в плане добычи золота.

Перед самым бродом я поднял старую подкову, которая сейчас лежит рядом со мной и помогает писать этот отчет. Подкова не сильно старая, но не литая. Кованая, Хэнд Мэйд, думаю, в лучшем случае начало ХХ века. Штольню в прямом смысле этого понятия мы не нашли, но нашли очень много оплывших ям. Кстати такие ямы с отвалами сопровождали Немир на всем протяжении нашего пути. Штольня была явно в том месте, об этом говорили и отвалы, и остатки старых столбиков с вырезанными цифрами. Видимо ее засыпали в целях безопасности. Едем на восток, мимо старого кладбища старателей. Судя по датам, кладбище сталинской эпохи.

Постепенно набираем высоту. Следующая фишка - пещера, расположенная северо-западнее Верхнего Ужужула. Уже после поездки, я видел старую карту этого района. Там в этом месте нет пещеры, зато обозначена штольня. Думаю, действительно там когда-то была старая штольня, а не пещера, потому что местность была явно не похожа на те, где могут встретится пещеры. Короче, мы не нашли там ни штольню, ни пещеру, хотя облазили весь окрестный лес. Впрочем, многосотметровые шурфы были представлены в ассортименте. Обломившись с пещерой и штольней, мы взяли севернее и вдоль хребта Малый Кизил-Таг, взяли курс на Камышту.

А ведь эти места известны еще и по другой причине. В 1873 году узнав о болезни Василия Ивановича Сурикова Петр Иванович Кузнецов пригласил его к себе в одну из своих резиденций. Резиденция находилась в верховьях Немира и Узун-Джула. Василий Иванович в конце писем матери писал: "Пиши по адресу: Минусинск. Немир, около Узун-Джула, резиденция И. П. Кузнецова, для передачи мне.". Именно здесь Суриков написал акварель «Минусинские степь»
Суриков В.И. Минусинская степь
Суриков В.И. Минусинская степь

На современных картах нет Узун-Джула, но думаю это река Ужунжул. Предполагаю, резиденция Кузнецова была в Верх. Ужунжуле. Поместье было двухэтажное, неужели от него ничего не осталось? Ставлю себе в блокноте галочку, надо будет поставить эти места в планы на будущее...

Постепенно, с потерей высоты, лес остался позади.
Табличка в степи
Табличка в степи

Ветер усилился настолько, что незначительные подъемы мы преодолевали, не крутя педали. Когда мы окончательно свалились в степь, ветер стал серьезной проблемой в тех, слава богу, нечастых случаях, когда мы отклонялись от его направления. Это был просто ураган. Стоять с велосипедом к нему боком было просто нереально. При разговорах приходилось громко орать, чтоб что-то расслышать.

Весной мы были в Камыште. Тогда мы в этой деревне затаривались продуктами, и одна бабушка дала нам несколько яиц и лук. Олег сделал несколько фотографий и хотел в этот раз отдать их этой женщине. Она была очень тронута этим незатейливым подарком. Мы пробыли у нее наверно часа полтора, слушая ее рассказы. Она нас накормила и напоила, душевный народ. Наслушавшись местных сказок про Белую гору, да про "старуху", якобы жившую в одиночку в развалившемся Ужунжуле, мы распрощались с ней и поехали на то место, где ночевали весной. Ниня стала умереннее, по сравнению с майскими водами, канал, на берегу которого мы тогда ночевали, совсем высох. Место, где стоял наш весенний лагерь, заросло высокой травой. При раскладывании вещей, я обнаружил, что сломался багажник. Один из усов, крепившийся к раме, не выдержал нагрузок и лопнул. Олег высказал философскую мысль, что ломается все. А где и в каком месте – не угадаешь. Спорить с этим сложно. Багажник у меня с запасом прочности, беспокоиться особо было не о чем, но все равно оставшуюся часть похода придется постоянно держать этот момент на контроле. Завтра надо будет что-то придумать. Под защитой деревьев мы поставили палатку и вскоре завалились спать. А если точнее, мы, как и каждый вечер, после ужина заводили беседы на самые разные темы. Иногда беседы выливались в жаркие споры, и тогда мы меняли тему. И все начиналось сначала, пока сон не уносил нас.

В этот вечер, когда я уже почти заснул, Олег ткнул меня локтем в бок и шепотом попросил прислушаться. Сильно прислушиваться не пришлось. Отчетливо был слышен звук бубна. Как впоследствии заверял Олег, он ткнул меня в бок, чтобы я не храпел, а заодно бы оценил глубину и мастерство исполнения мелодии. Все было бы ничего, да только было около часа ночи, на улице соответственно хоть глаз коли, а до ближайшего поселения около 8 километров. Упругий звук бубна был очень отчетливый, у меня было ощущение, что его источник находится буквально в 10 метрах от палатки. Звук то начинался, то прекращался на какое-то время. У меня сложилось впечатление, что шаман - да что уж там, давайте говорить прямо, кто еще мог в этом месте стучать в бубен - перемещается. Я был просто обескуражен. Паузы в игре становились более долгими. Я тогда подумал, что вот сейчас начнет играть, предложу Олегу пойти нам посмотреть, что там происходит.

Но звук больше не появился. Мы уснули, но утром долго обсуждали это нетривиальное явление. Олег сказал, что ему еще раньше местные рассказывали, что, с недавних пор, новоявленные шаманы облюбовали одну из местных гор (судя по карте это Улуг-Хая), потому что она является священной и много значит в их фольклоре. Вообще согласно хакасской мифологии, Предком, соединяющим женское и мужское начала, является гора. Древним гора представлялась плодоносящим центром, с которым связано происхождение рода и каждого его нового члена. Каждый род имел свою священную гору, на вершине которой совершались ежегодные жертвоприношения «тайыг».
Единственно, что я не предполагал, что камлание (хам по-хакасски - шаман) проходит по ночам.

Во время своего первого путешествия по долине Абакана, Дмитрий Александрович Клеменц стал свидетелем следующей картины у горы Иней-Тас (ныне Инейтас):" При последних лучах солнца, когда тени быстро ползут удлиняясь и извиваясь, а краски ежеминутно меняются, розовое переходит в фиолетовое и синее, тени во впадинах утесов сгущаются, чернеют, растут, кажется будто на всем лежит какой-то отпечаток таинственной полусознательной жизни..."(1884г) Проводник-хакас тогда, окропил молочным вином из чашки на четыре стороны горизонта, брызнул наверх, а остатки вина выпил. Затем наполнил чашку и подал Клеменцу. Проводник сказал, что они каждый год после Петрова дня ездят сюда. Праздник бывает большой, собирается трое-четверо шаманов. Пьют вино, поят Иней-Тас. Режут баранов или коней. "По кусочку от каждой скотины бросаем в огонь - это для Иней-Тас, а что остается сами едим", сказал проводник.
В эту ночь мы стояли приблизительно между Улуг-Хая и Иней-Тас.
За день проехали 30км.


10 сентября.
Встали в этот день мы рано. Но не спешили, понимая, что поход близится к концу. Обсуждая вчерашнюю игру шаманского бубна, мы собрались. Некоторое время походили по окрестностям, разглядывали местные менгиры, в избытке «разбросанные» по долине.

Я уважаю хакасских колхозников за то, что они при обработке полей не трогают древние могильники, обпахивают их по краям. Оказывается они их не перепахивают потому что элементарно рвут плуги о древние камни. Впрочем все равно спасибо. Никаких следов присутствия шаманов или кого бы то ни было мы не нашли. Разве что около мостика через Ниню были заметны следы автомобиля.

Правда они могли быть и очень старыми, как минимум не вчерашними. Вариантов двигаться дальше у нас было несколько. Но на нас уже начинала давить нехватка времени. Я попросил Олега завершить ТХ в субботу, чтобы вернуться в город в воскресенье - хотелось перед работой немного отлежаться. Отлежаться не потому что устал - поездка была абсолютно прогулочная, а потому что нужно было время прийти в себя психологически. Каждый раз я, возвращаясь из Хакасии, чувствую эмоциональный подъем и полное отрешение от городских и рабочих реалий. Итак, мы стали испытывать уже забытое за неделю чувство нехватки времени. Был вариант проехать мимо Красной Горы - длинного хребта характерного красного окраса расположенного недалеко от Весеннего. Раз уж тематика этой ТХ посвящена пещерам, штольням и шахтам, то хотелось посетить расположенную в тех местах старую штольню.

Молчание
Молчание

Мы выбрали дорогу на Аев, рассудив, что для штольни нужно немного больше времени чем есть у нас и решили оставить ее для следующих путешествий. Хоть мы и старались срезать дорогу через степь, вскоре все равно скатились в долину Нини.

Аев проскочили на одном дыхании. Примерно в пяти километрах от места, где Ниня соединила свои воды с Уйбатом мы остановились на обед и совет, куда ехать дальше. Мы слишком близко были от станции Капчалы, с которой можно было уехать, но тогда бы мы теряли целый день.

Хоть погода и немного сменилась, появился ветер и облака, все равно ехать было очень комфортно. Тогда и родился план ехать дальше на юго-восток, мимо Весеннего на Оросительный. И по возможности посетить штольню, на которой мы были весной. Так и поступили. От Весеннего взяли курс на юг, в сторону озера Ключевского. Там Олег мне показал место, где, предположительно, в стародавние времена находились древние металлоплавильни, и где он весной нашел древний артефакт – каменный молот со следами обработки. Молот весил килограммов 15, Олег потратил много времени на привьючивание его на велосипед. Дальше мы двигались по степи, стараясь выйти на дорогу и штольню.
Ехали широким фронтом, на расстоянии метров сорока друг от друга, чтобы повысить шансы обнаружения дороги.

На днях Олег нашел шкуру змеи и забрал ее с собой в качестве сувенира. Проезжая по склону холма я увидел свернутую темно-зеленую шкурку змеи. Причем шкурка была в отличном состоянии, прямо как новая. Я окрикнул Олега и, притормозив, стал описывать вокруг шкуры круги. Шкура стала поворачивать вслед за мной голову и на втором круге сорвалась в кусты.

Мы еще минуты четыре погоняли ее по кустам, хотя сейчас я не понимаю зачем. Ни убивать, ни ловить мы ее не собирались. Одно я осознал четко, это то, что змеи ползают чертовски быстро. Экземпляр был около 60-70см длинной, темно-зеленый, почти черный, с треугольной головой.

Нет, штольню мы не нашли. Видимо выехали на дорогу южнее ее. Это следовало еще и из того, что «срезанный» кусок маршрута был на 15км длиннее того, ежели бы мы поехали по дороге. Мы честно сгоняли километра на 2 в ненужную нам сторону, нет, и там ее не было. Уже несколько часов справа от дороги нам радовал взгляд хребет Большой Саксыр.

Следовало догадаться и раньше, что дорога рано или поздно поведет нас в перевал. Мне Б.Саксыр понравился. Несмотря на то, что он довольно таки не высокий, судя по цифрам на карте основные его высоты лежат между 600 и 800 метрами, за редкими исключениями, но выглядит он очень внушительно и не похож даже на хр. Сагархая. Издали было видно, что неприступные скалы сложены из какого-то почти черного материала. И если в других местах мы видели сопки, которые только на вершинах переходили в каменные останцы, то тут было видно, что целая гора могла от низа до верха состоять из твердых пород. Более чем живописно. Мы штурмовали одну складку за другой, седловину за седловиной, а на часах уже близилось 8 часов, время предельное для установки лагеря и готовки пищи. Это был самый продуктивный по километражу день, но усталости не было. Наконец мы остановились на ночлег. Я посмотрел на велокомпьютер и удивился:
за день проехали 60км.

11 сентября.
Ночь была как обычно ясная, с множеством звезд, и более прохладная, чем предыдущие. В ночной тишине были слышны звуки железной дороги - новокузнецкая ветка была совсем недалеко. На востоке можно было видеть едва заметное электрическое свечение поселка.

Утро финального дня
Утро финального дня

Утро началось с северного ветра. От ночной прозрачности на небе почти ничего не осталось, появилась какая-то белесая дымка. Мы скатились с подножия Саксыра в степь и, объехав местное болото, попали в поселок имени Ильича. Остановились на автобусной остановке, чтобы переодеться в более легкую одежду. Стайка ребятишек играла на старом бункере от комбайна. Увидев нас они приблизились, но остались на некотором удалении. Интересно, а они знают, в честь какого Ильича назван их поселок? За поселком мы заехали в старый гипсовый карьер, на котором провели пару часов, изучая отвалы.
Широкая грунтовка привела нас в магазин на станции Оросительный, где мы закупили все необходимое для обратного пути. Пообедали прямо на перроне и стали ждать поезд.
за день проехали 23км.

Осенняя Транс-Хакасия 2010г завершилась. Остается вспоминать пройденное, с ностальгией рассматривать фотографии и робко, но с надеждой, поглядывать на лежащие на столе карты Хакасии...

Все фотографии осенней ТХ-2010

(c) 2010г. Rock&Roll
Комментарии
Нет комментариев.
Добавить комментарий
Пожалуйста залогиньтесь для добавления комментария.
Рейтинги
Рейтинг доступен только для пользователей.

Пожалуйста, залогиньтесь или зарегистрируйтесь для голосования.

Нет данных для оценки.
Rambler